Электронная библиотека

-- Наконец, вы признаете, что оказали: "Смерть коровам!"

Только теперь из горла обвиняемого Кренкебиля послышались звуки, напоминающие шум старого железа или звон разбитого стекла.

-- Я сказал: "Смерть коровам!", потому что господин полицейский сказал: "Смерть коровам!" Тогда только я сказал: "Смерть коровам!" -- Он хотел дать понять, что изумленный таким непредвиденным обвинением, он, растерявшись, повторил страшные слова, которые можно приписывать ему и которых он, разумеется, не произносил.

Господин президент Бурриш понял его не так.

-- Вы заявляете, -- сказал он, -- что полицейский первый произнес эти слова?

Кренкебиль отказался объяснять. Это было слишком трудно для него.

-- Вы не настаиваете. И вы имеете на это полное основание, -- сказал президент.

И он велел позвать свидетелей.

Полицейский, номер 64, носящий имя Бастиен Матро, поклялся, что будет говорить правду и только одну правду. Потом он изложил следующее:

-- Отправляя свою службу двадцатого октября, в час пополудни, я заметил в улице Монмартр человека, показавшегося мне уличным торговцем. Тележка его незаконно стояла на месте, у дома номер триста двадцать восемь, что послужило поводом к скоплению здесь экипажей. Я три раза отдал ему приказание проезжать, но он отказался удовлетворить его. Когда же я предупредил его, что составлю протокол, он крикнул мне: "Смерть коровам!" -- что мне показалось очень оскорбительным.

Это простое и сжатое объяснение было с видимою благосклонностью выслушано трибуналом. Защита представила госпожу Баяр, сапожницу, и господина Давида Матье, главного доктора больницы Амбруаз-Паре, кавалера Почетного легиона. Госпожа Баяр ничего не видела и ничего не слыхала. Доктор Матье находился в толпе, собравшейся вокруг полицейского, который заставил торговца проезжать. Его показание вызвало курьезный инцидент.

-- Я был свидетелем происшествия, -- сказал он. -- Я заметил, что полицейский ошибся: его никто не оскорбил. Я подошел и заметил ему это. Но полицейский все-таки арестовал торговца и пригласил меня следовать за ним к комиссару полиции, что я и сделал. Я дал уже мое показание перед комиссаром.

-- Можете сесть, -- сказал президент. -- Привратник, позовите опять свидетеля Матро.

-- Матро, когда вы арестовали обвиняемого, не заметил ли вам господин доктор Матье, что вы ошиблись?

-- То есть он меня оскорбил, господин президент.

-- Что же он вам сказал?

-- Он сказал: "Смерть коровам!" Ропот и смех пробежал по зале.

-- Можете уйти, -- поспешно сказал президент, и он предупредил публику, что если эти неприличные манифестации повторятся, то он очистит залу. Между тем защита торжествовала, и все в эту минуту думали, что Кренкебиль будет оправдан.

Когда тишина снова восстановилась в зале, поднялся господин Лемерль. Он начал свою защитительную речь похвалой агентам полиции, "этим скромным служителям общества, которые за ничтожное жалованье переносят усталость, подвергаются беспрерывным опасностям и ежедневно совершают геройские дела. Это все бывшие

Скачать<<НазадСтраницыГлавнаяВперёд>>
(C) 2009 Электронные библиотеки